Подвиг историка: вышел в свет 50-й номер альманаха Сергея Мазура. (Александр МАЛНАЧ)

В декабре 2017 года вышел в свет очередной выпуск альманаха SEMINARIUM HORTUS HUMANITATIS. На этот раз альманах Сергея Мазура обернулся сборником документов по истории Латвийской Православной Церкви. В этом нет ничего удивительного. Чудо в номере книжки, значащемся на её обложке: мало кому выпадал такой тяжёлый и вместе с тем счастливый жребий – на протяжении 13 лет выпустить 50 (пятьдесят) номеров альманаха, посвящённого проблемам гуманитарного знания. Сергей Мазур сделал это.

С Сергеем Мазуром мы встретились за два часа до его отъезда в Псков в фойе Латвийской Национальной библиотеки. Последнее обстоятельство и дало первоначальное направление нашему разговору.

– У кого, кроме вас, имеется полный комплект альманаха?

– Ни у кого. Серьёзно – ни у кого.

– Уникальным собранием обладаете?

– Безусловно, если уникальность определять через единственное число.

– Даже в Национальной библиотеке не имеется полного комплекта?

– Первые номера я не сдавал. Когда всё началось, то и представления такого не было, что следует сдавать в библиотеку очередные номера альманаха, поскольку они издавались специально к семинару специально для участников гуманитарного семинара и только среди них распределялись. Только чуть позже, начиная с четвёртого номера, коллеги стали напоминать о необходимости передачи обязательных экземпляров в библиотеку.

– Слышал, что и последние номера альманаха вы Национальной библиотеке не предоставляете.

– Это уже связано с финансированием. Точнее, с его отсутствием. Обязательные экземпляры – это порядка 70-80 евро, которые я должен выложить из своего кармана. С уходом спонсоров остаётся проблема продолжения научного исследования. Это самое важное для меня. Издать необходимые экземпляры – не проблема. Было бы финансирование. А вот исследование я провожу. Номер готовится, вычитывается и издаётся ограниченным тиражом. Но какие-то экземпляры попадают в библиотеку стараниями коллег.

Миссия в развитии

– Альманах издаётся с 2004 по 2017 год. Вышло 50 номеров. На протяжении 13 лет вы реализуете этот издательский проект, что, наверное, невозможно без представления о некоей миссии, которая вами движет. Можете её сформулировать?

– Да, конечно. Это сделать очень просто. Сам семинар SEMINARIUM HORTUS HUMANITATIS начался с 1999 года. Мы с Алексеем Романовым открыли гуманитарный семинар на базе частной школы LATREIA. Почему в 1999 году? До 1999 года моя сфера деятельности была связана в основном со школой, с учительством. В начале 90-х я, молодой учитель, попытался выйти за пределы того класса и той школы, где я работал. Уже в 1991 году я написал учебное пособие для изучающих Священное Писание. Назвал его «Человек в Новом Завете». Показывал эту книгу в Министерстве образования, когда общественные дисциплины курировала Диана Трейгуте. Потом мы с нею неоднократно встречались в процессе разработки Латвийской Христианской миссией при моём непосредственном участии программы для преподавания Библии в начальной и основной школе.

Потом я написал учебник по истории Латвии для 5-7-ых классов. Назвал книгу «Открываем Латвию». Она состояла из самодостаточных материалов, в основу которых был положен рассказ. Я исходил из того, что обучающим и развивающим свойством обладает тот текст, который ученик может пересказать. Возможно, моя авторская компетенция и не соответствовала требованиям, но я считал, что можно значительно лучше и интереснее выполнить эту работу, чем это сделал, допустим, Индулис Кениньш, и чем была вся та переводная (с латышского языка) литература, что спускалась в русскую школу. Вот её то, на мой взгляд, невозможно было использовать на уроках.

– Я использовал.

– Приходилось, что тут поделаешь? Но мне казалось, что я это сделал лучше. С русскими детьми можно было заниматься по тому пособию, что я разработал. Даже рецензию на него получил. Но оно не было опубликовано, хотя такие переговоры велись. Я не настаивал, усомнившись в своей тогдашней компетенции.

– Что же такого произошло в 1999 году?

– К этому времени я стал отдавать себе отчёт в том, что в сфере образования я не могу выйти за пределы класса, тех классов, с которыми работаю – скажем, сотрудничать с Министерством образования, обращаться к широкой аудитории за пределами моей школы. Дай Бог уцелеть в рамках класса и школы, где ты работаешь, т.е. дать историческое образование детям, с которыми я сам занимался. Думать о более широком контексте было бессмысленно по тем политическим мотивам, которые хорошо известны, с которыми мы сталкиваемся и сегодня. Для меня это был рубеж.

И на этом рубеже, а я человек заряженный на деятельность – не могу просто сидеть и ждать, что произойдёт, я решил воспользоваться советом моего молодого друга, тогда уже покойного книгочея и философа Сергея Успенского, который говорил, что надо принимать участие в общественной жизни, подразумевая под этим общественную жизнь русских организаций и русского сообщества Латвии. Вот с 1999 года я решил этим и заняться.

Взял за основу составленный вместе с Успенским в 1997 году, в год его смерти, документ о создании педагогического центра. Смысл документа состоял в необходимости уменьшения разрыва – культурного, педагогического, философского, образовательного, возникшего в результате расхождения народов и государств, в силу образования новых государственных границ. Именно в 1997 году родилась идея приглашать в Латвию выдающихся гуманитариев и издавать журнал. Мы довольно подробно обсуждали с Успенским, что нужно сделать. Но тогда не было ни средств, ни компьютерной грамотности. Пришлось отложить идею с журналом до 2004 года, а семинары пошли с 1999 года. Это гуманитарный проект, который пережил уже 98 семинаров. Первый же номер альманаха удалось издать в 2004 году.

Эта культурная экспозиция продолжалась приблизительно до 2014 года, когда пришлось поменять подходы к гуманитарному семинару, что связано с изменением нашей культурной ситуации. На заре семинара, когда мы начали приглашать в Ригу известных людей, культурные события такого плана были редкостью. Плотность культурных событий сегодня стала значительно выше, чем это было в начале 2000-х годов, когда семинар с участием Бориса Кагарлицкого был событием для всего русского сообщества Латвии. Это, как и уход спонсоров (что, впрочем, момент преходящий – сегодня они есть, завтра их нет, а послезавтра они снова могут появиться), заставило меня подумать о специализации.

Накоплен уже большой опыт. Столько альманахов удалось издать, большие темы затронуть. Я биограф профессора Бориса Фёдоровича Инфантьева. До какого-то времени удавалось издавать его труды. Потом я перешёл к биографии архиепископа Иоанна Поммера. Юрий Львович Сидяков закончил свою работу по Иоанну Поммеру. Но много вопросов осталось и не все архивные фонды изучены. Осталось нераскрытым дело об убийстве архиепископа Иоанна. И я понял, что надо заниматься специальной работой историка и обратился к 20-30-м годам ХХ века, к истории Латвийской Православной Церкви. Они оказались очень богатыми, что и привело меня к мысли о том, что прежде всего надо издавать сборники документов.

Историк начинается с документов. Только на основании собранных, изданных и прокомментированных текстов источников возможна другая деятельность – написание монографий, статей и прочее, прочее, прочее. Так видоизменялся проект, пройдя через три этапа: 1) до 1999 года; 2) выросший из ограничений в сфере образования культурный проект 1999–2014 годов; 3) историко-источниковедческий проект, разрабатываемый с 2014 года.

На пьедестале науки

– Получается, что вы перешли от глобальной, общечеловеческой тематики к локальной, чуть ли не краеведческой тематике, поместив себя в рамки истории одной страны.

– Но это очень приятные рамки, и одной страной они никоим образом не ограничиваются. Архиепископ Иоанн Поммер связан с историей едва ли не всех поместных церквей. Иоанн Поммер – это история поместной православной церкви, а это история всеобщая и всемирная. Даже внутренняя переписка показывает удивительные судьбы людей, поскольку границы существуют у государств, а для людей их не существовало. Во всяком случае в Латвии в 20-30-е годы люди более или менее свободно ездили и в Берлин, и в Париж, и в Америку. Сама переписка об этом говорит. Русская эмиграция – это целая тема. Ведь поток эмигрантов не прекращается ни в 1922-ом, ни в 1924 году.

И даже в деле об убийстве Иоанна Поммера одной из фигуранток выступает Мария Резник, которая оказалась каким-то бичом в судьбе архиепископа, поскольку она была связана, по моему мнению, с его убийцами и передала ключи от дома наёмным убийцам. Так вот Мария Резник обратилась к Иоанну Поммеру с просьбой добиться переезда своих родственников из СССР в Латвию, и, проникнув под этим предлогом в дом владыки, украла ключи, чтобы передать их злоумышленникам.

А связь между Псковской землёй и Латвией? Чуть не половина захоронений на Покровском кладбище в Риге – это псковичи. Пыталовскому району, который в 20-30-е годы ХХ века входил в состав Латвии, я посвятил целый альманах. Это был предыдущий, 49-й номер. Пыталово – это третий в Латвии центр русской культуры и образования. Лично я вообще не вижу особой разницы между краеведением и историей. История, может быть, более методологична и строится на базе источников. Издание источников – это как раз та работа, что возводит краеведение на пьедестал исторической науки.

– Альманах не приобретёт специально-монографический характер в связи с вашим особым интересом к личности архиепископа Иоанна Поммера?

– На 2018 год у нас много предложений. Есть задумка издать филологический сборник, в котором будут опубликованы статьи 10-15 авторов. Я сейчас периодически бываю в Пскове и получил предложение преподавателей теологического факультета издать альманах, посвящённый общекультурной тематике, связанной со Псковом. Так что речь идёт не только об издании сборников документов, но и альманахов в привычном формате сборника статей и материалов.

– Это превращает латвийский альманах в международное издание?

– С самого начала не ставилась задача делать преференций латвийским авторам. На первых порах даже преобладали авторы из России. Здесь важна не локация специалиста, а тема. А через Латвию какие только темы не проходили. И затронуть их могут не только историки, проживающие в Латвии. Например, летом в Ригу из Калининграда приезжал Владимир Иванович Шаронов. Вы слушали его выступление о философе Льве Платоновиче Карсавине. И что с того, что Шаронов живёт в Калининграде?

– Из тех 50 номеров альманаха, что уже вышли в свет, вы можете назвать особенно значимые для русскоязычной части читающего человечества или для вас лично?

– Думаю, можно выделить почти 300-страничный труд – сборник, посвящённый Борису Фёдоровичу Инфантьеву, который я готовил с коллективом авторов. Это была большая веха. Очень хотелось сделать второй том, но нужна была поддержка, поскольку часть текстов требует привлечения специалистов в разных языках. В рукописи Бориса Фёдоровича присутствуют фрагменты на польском, латгальском, латышском, белорусском языках. Ни один редактор не обладает такой широкой компетенцией, чтобы подготовить этот труд к изданию.

Потом, я бы хотел выделить альманах, посвящённый публицистическому исследованию русской культуры в Латвии, когда удалось опросить более 30 респондентов, как в Латвии, так и за её пределами. Мне кажется это было существенно для понимания русской ситуации в Латвии. Я также хотел бы выделить те сборники документов, их вышло уже четыре, что я издаю по истории Латвийской Православной Церкви с 1918 по 1923 год.

Это достаточно фундаментальная работа, которая серьёзно дополняет труд, проделанный Юрием Львовичем Сидяковым. Любому интересующемуся историей Латвии, русской общественной жизнью и культурой в связи с православной церковью каждый такой сборник будет представляться как исчерпывающее издание, потому что все основные, наиболее важные процессы, темы, проблемы в этих сборниках отражены. Может быть, там не хватает обширной вступительной статьи. Но эту статью или статьи можно будет написать, когда будут изданы все документы.

И ещё я хотел бы выделить альманах, посвящённый 25-летию Народного Фронта Латвии. Мне кажется, что он получился очень интересный и удачный, например, моя статья, посвящённая проблеме выбора русских людей в то непростое время.

«Явно недостаточно»

– Какое место, как вы думаете, занимает альманах в совокупности изданных 50 номеров в массиве исследований по гуманитарным вопросам последней четверти века?

– Здесь я могу сослаться на оценки, которые были даны со стороны. Так, Ирина Винник назвала это издание уникальным для всей русской Латвии. В настоящее время не так много изданий, которые бы периодически, но постоянно выходили бы у нас на русском языке. Журнал «Даугава» прекратил своё существование. Наши надежды обращены к литературному журналу «Рижский альманах». Издание Натальи Большаковой «Христианос» далеко выходит за рамки латвийской проблематики, а для меня латвийская проблематика исключительно важна.

Названного явно недостаточно для такого большого культурного конгломерата, какой имеется в Латвии. Порядка пяти-шести серьёзных гуманитарных изданий могло бы издавать русское сообщество Латвии при наличии хотя бы минимального ресурса и внимания власти, как это было в 20-30-е годы. Тогда в Латвии имелся Фонд культуры, который выделял деньги национальным общинам в соответствии с пропорцией данного меньшинства в массе населения страны.

– В современной Латвии действует так называемый Фонд культурного капитала, который призван поддерживать проекты такого рода.

– Опять же сошлюсь на мнение Ирины Маркиной, специалиста в сфере менеджмента культуры, которая в одной беседе сказала, что на русские проекты денег не дают. Такая оценка деятельности Фонда культурного капитала у неё сложилась. И я её разделяю. Я неоднократно подавал заявки, но всегда ответ был один – нет.

– Мотивированный ответ?

– То область не та. То тематика не наша.

– Но вы упоминали неких спонсоров. Кто-то же поддерживал издание альманаха? Можете назвать людей и организации, благодаря которым какая-то часть выпусков состоялась?

– Назову организацию, которая сегодня запрещена или почти запрещена в Латвии – Фонд «Русский Мир». Я был его грантополучателем. Однако уже очень долгое время фонд не поддерживает SEMINARIUM HORTUS HUMANITATIS. На начальном этапе, когда существовал Секретариат по дела общественной интеграции и Ирина Борисовна Винник возглавляла один из его департаментов (по делам национальных меньшинств – А.М.) мы получали поддержку на проведение семинаров и издание нескольких номеров альманаха. Естественно наш меценат, Владимир Борисович Соколов (ныне президент Русской общины Латвии – А.М.), до самого последнего времени помогал изданию альманаха.

– Почему по-вашему прекратилась поддержка со стороны организаций и частных лиц?

– С одной стороны, в силу внешних причин. По политическим мотивам деятельность Фонда «Русский Мир» в Латвии ограничивается, да и сама политика фонда не предусматривает регулярной, более двух-трёх раз, помощи одной организации. Невозможно быть постоянным реципиентом «Русского Мира». Секретариат по делам общественной интеграции прекратило своё существование и Ирина Борисовна Винник не возглавляет больше один из его департаментов...

– Ирина Борисовна Винник сейчас депутат Рижской думы, которая тоже оказывает какую-то поддержку общественным инициативам в сфере культуры.

– Рижская дума собирала семинары, где обсуждались эти вопросы. Но там своя отдельная история. Более трудная, более сложная. Я не понимаю всевозможных ходов, как находить правильные двери и нужных людей. Мои коллеги, достаточно компетентные и интересные люди обращались в Министерством культуры, но и с Министерством культуры почему-то ничего не получилось. Таковы внешние обстоятельства: альманах SEMINARIUM HORTUS HUMANITATIS направлен на русское сообщество, а в Латвии сегодня публичность по сути дела и прежде всего латышская, и именно эта сфера публичности имеет шансы получить донорскую или спонсорскую помощь. А внутренние причины заключаются в сужении формата альманаха до сборника документов. Такое издание не может рассчитывать на массовый интерес и большое общественное звучание.

– В Латвии много крупных предпринимателей русского происхождения, располагающих солидными и при том свободными финансовыми средствами. Давняя традиция поддержки просвещённой частью русского предпринимательского класса культурных проектов прекратилась?

– Не хотелось бы называть имена, но среди тех людей, которые анализируют ситуацию с русским спонсорством, преобладает однозначная оценка: благоприятное время для такого рода поддержки закончилось. Если до кризиса 2008 года такая помощь периодически поступала, то сейчас это явление куда боле редкое.

Рига – Псков

– Как складывается ваша личная судьба на этом фоне? Правда, что вы живёте на два города и на две страны?

Сейчас это не редкость. Я много лет – более десяти – провёл в архиве. Меня попросили прочесть курс «Архивоведения» для студентов Теологического факультета Псковского университета. Почему бы не воспользоваться таким предложением? В архивоведении я делаю крен на работе студентов в самом архиве, когда теория вытекает из практики. Так что и программу курса удаётся выполнить, и главную цель этой дисциплины достичь – приучить студентов к работе с документами. Вместе с тем я продолжаю работать учителем истории в Латвии. Одно другому не мешает. Даже наоборот, дополняет – делает картину мировоззренчески более интересной, разнообразной.

– Как правило, юбилей в жизни человека один – 50 лет. Мало кто доживает до второго юбилея – до ста лет. Но в издательском деле это более достижимо. У вас есть видение на следующие 50 выпусков альманаха?

– Как-то на одном семинаре известный публицист Виктор Авотиньш высказал такую мысль, когда пытались обозначить роль нашего гуманитарного семинара в Риге и в Латвии. Он сравнил мою деятельность с работой медиума, который внимательно вслушивается в настроения людей и пытается определить ту нотку, из которой рождаются новые темы, новые публикации. В этом отношении я могу сказать, что издание альманаха было и остаётся коллективным проектом. Его будущее во многом зависит от сотрудничества с сообществом, взаимной заинтересованности. Именно это настроение и определит будущее издания, которое было придумано мною.

– Вы намерены по-прежнему играть роль медиума?

– Это уж как от Бога, от Провидения дано. Дано быть медиумом или пророком, или кем-то ещё, и человек им становится. Так случилось, этим я и занимаюсь.

FMS

Воин

Трибуна

Частные вузы Латвии расплачиваются за конформизм и соглашательство. Александр Малнач (портал Ритм Евразии, 05.07.2018.)
далее

ЛИКВИДАЦИЯ РУССКИХ ШКОЛ. (Виктор Гущин, журнал "СТРАТЕГИЯ РОССИИ" №7, Июль 2018)
далее

«Латвийская реформа образования — это месть русским за советскую власть». (Андрей Солопенко, портал Rubaltic.ru, 12 июня 2018)
далее

«Эта публика бесстыдно лжет» (Владимир Веретенников, Лента.ру, 7 июня 2018)
далее

Горькие уроки российской политики соотечественников. (Владимир Веретенников, газета «Сегодня», 25.04.2018)
далее

ЕСТЬ ЛИ В ЛАТВИИ ОБРАЗОВАНИЕ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ? (Редакционный материал портала MEETING , 12.04.2018.)
далее

Лингвистический геноцид в образовании. Доклад Татьяны Жданок на Вселатвийском родительском собрании 31 марта 2018 года.
далее

Саласпилсскому мемориалу подменили ориентацию. (Александр МАЛНАЧ, портал Ритм Евразии, 13.03.2018).
далее

Последняя зима. (Владимир Веретенников, газета "Сегодня", портал Vesti, 07.03.2018.)
далее

Русский взгляд на новейшую историю Латвии перевели на английский: с книгой познакомятся дипломаты, исследователи, студенты. (Андрей Солопенко, BaltNews, 26.02.2018.)
далее