728 x 90

Валерий Бухвалов, доктор педагогических наук: «Накануне 23 августа 1939 года»

img

Осенью 1938 года Германия предложила Польше продолжить и расширить сотрудничество, преобразовав пакт о ненападении в союзный договор против России со сроком действия 25 лет. Единственно, о чем просил поляков Гитлер, - вернуть Германии Данциг и согласиться на создание экстерриториального коридора между этим городом и Германией.

Но Польша вдруг заартачилась. Гитлер посулил полякам часть Украины, но не получил ответа.
Почему поляки проявили несговорчивость? До сих пор до конца это не ясно. Известно, однако, что Варшава ничего не делала, предварительно не посоветовавшись с Парижем и особенно с Лондоном. Не исключено, что там заверили поляков, что они могут рассчитывать на защиту своих союзников.

3 апреля 1939 года Гитлер подписал план нападения Германии на Польшу – план «Вайс». А 28 апреля 1939 года Германия аннулировала германо-польский пакт о ненападении и дружбе. По своему значению это уже означало практически войну. 23 мая 1939 г. на совещании высших офицеров германской армии Гитлер заявил: «Речь идет не о Данциге. Речь идет для нас о жизненном пространстве на востоке и обеспечении продовольственного снабжения, о разрешении балтийской проблемы».

Британское правительство 14 апреля 1939 года официально предложило Советскому Союзу предоставить в одностороннем порядке гарантии безопасности Польши и Румынии. Это называлось «британский путь сближения с Советами». Не делая никаких реальных шагов в сторону подлинного сотрудничества в отражении грядущей агрессии, Лондон попытался спровоцировать Москву на выдачу гарантий безопасности Польше и тем самым жестко зафиксировать и без того агрессивные амбиции Гитлера непосредственно на Советском Союзе.

В тот же день – 14 апреля 1939 года. – с аналогичной провокацией к Советскому Союзу вышла и Франция. Париж предложил Москве идею заключения франко-советского пакта, по которому Советскому Союзу предлагалось взять на себя обязательства помочь Франции, если та вступит в войну с Германией, чтобы помочь Польше и Румынии, а о помощи и обязательствах Франции Советскому Союзу и перед СССР – ни звука.

В секретном меморандуме британского МИДа от 22 мая 1939 года, направленном правительству Франции открыто признавалась нецелесообразность заключения тройственного пакта о взаимопомощи между Великобританией, Францией и СССР, зато совершенно чётко было прописано, что «в случае войны важно попытаться вовлечь в нее Советский Союз».

В секретном докладе британского министра по координации обороны лорда Чэтфилда от 27 мая 1939 года об итогах проходивших в апреле – мае 1939 года секретных англо-французских штабных переговорах. В этом докладе черным по белому и с невероятной же циничностью англо-французские генштабовские работники откровенно показали, как они намерены отказаться от своих же гарантий безопасности Польши: «Если Германия предпримет нападение на Польшу, то французские вооруженные силы займут оборону по «линии Мажино» и будут сосредотачивать силы для наступления на Италию». Что же касается Англии, то она, видите ли, «сможет осуществить эффективное воздушное наступление, в случае если в войну вступит Бельгия».

Запись секретной беседы от 29 июля 1939 года политического деятеля Великобритании Родена Бакстона с влиятельным германским дипломатом – сотрудником службы дипломатической разведки германского МИДа Т. Кордтом. Содержание этой беседы свидетельствовало о том, что Англия намеревалась осуществить польский вариант Мюнхенской сделки с Гитлером. То есть сдать ему в «аренду» территорию Польши для нападения на СССР в обмен на очередной пакт о ненападении с Германией, ради чего Р. Бакстон от имени правительства Англии наобещал прекратить ведшиеся в то время переговоры о заключении пакта о взаимопомощи с СССР, начатые под давлением Москвы.

10 августа Британия направляет адмирала Дрэкса с миссией в Москву. Французскую миссию возглавлял генерал Думенк. У этих офицеров не было письменных полномочий на переговоры. Советскую сторону представлял маршал Ворошилов. Военное совещание вскоре провалилось из-за отказа Польши и Румынии пропустить советские войска. Позиция Польши была такова: «С немцами мы рискуем потерять свободу, а с русскими  нашу душу». Дальнейшие переговоры потеряли смысл.

«Сколько дивизий, спросил Сталин на совещании, Франция выставит против Германии после мобилизации?» Ответом было: «Около сотни». Тогда он спросил: «А сколько дивизий пошлет Англия?» Ему ответили: «Две и еще две позднее», «Ах, две и еще две позднее, повторит Сталин, А знаете ли вы, спросил он, сколько дивизий мы выставим на германском фронте, если мы вступим в войну против Германии?» Молчание, «Больше трехсот».

Вечером 19 августа 1939 года Сталин сообщил Политбюро о своем намерении подписать пакт с Германией. На следующий день в Москву прибыл Риббентроп. Договор о ненападении и секретный протокол были подписаны поздно вечером 23 августа 1939 года.

В 1940-х годах каждый советский школьник знал, что договор 1939 года заставил врагов Советского Союза воевать друг с другом и фактически сформировал антигитлеровскую коалицию. Советско-германский договор и "секретные карты" раздела сфер влияния в Польше были опубликованы в «Правде». Лживой сенсацией этот договор и протоколы к нему стали в конце 80-х годов прошлого века, когда шла массированная кампания по дискредитации советского прошлого.

Никаких "тайн" и "секретов" истории Советско-германского договора нет; есть реальная история дипломатической подготовки Европы ко Второй мировой войне, в которой и Германия, и Британия проиграли сталинской дипломатии.
И это дипломатическое поражение, в конечном счете, заставившее Запад воевать против Германии на стороне СССР, проигравшие никогда не признают и никогда не простят. Поэтому и сегодня продолжается идеологическая война, но теперь уже против России, как правопреемниц СССР.

Форум «За прогресс в Латвии»

Научно-практическая конференция
«Договор о ненападении между Германией и СССР от 23.08.1939 г. – правда и спекуляции».

Рига, 22 августа 2013 года.