728 x 90

ЕВРОПА В ПАНДЕМИЧЕСКОЙ РЕАЛЬНОСТИ

img

Размышления и прогнозы от общественно-политического деятеля Наталии Нарочницкой

28 июля в рамках проекта «Культурная линия» и при содействии международного медиаклуба «Формат А-3» в эфире радио Baltkom состоялась онлайн-встреча с известным российским общественно-политическим деятелем и православным идеологом, членом Комиссии при Президенте РФ по противодействию попыткам фальсификации истории, руководителем Европейского института демократии и сотрудничества, президентом Фонда изучения исторической перспективы, доктором исторических наук Наталией Нарочницкой.

Свои вопросы гостье адресовали руководитель Русского общества в Латвии Татьяна Фаворская, рижский историк Александр Малнач, журналисты из Латвии, Литвы, Белоруссии, Литвы и Молдовы. Вели эфир руководитель проекта "Культурная линия" Ольга Авдевич и журналист Наталия Захарьят.

О БОРЬБЕ СТРАН СО СВОЕЙ ИСТОРИЕЙ

Во Франции – осквернение бюста де Голлю, в Америке – крушение памятников отцам-основателям и Колумбу, в Англии – Черчиллю, в России – попытки либералов занизить роль Победы над фашизмом. Что происходит?

  • Это и горько, и страшно. Так и хочется вспомнить столетней давности слова Константина Леонтьева – Европа сама в себе уничтожает все великое, изящное и святое. Нынешняя ситуация с эпидемией и экономическим кризисом, конечно, очень отчетливо проявила, насколько неспокойно сегодня положение в Америке, которая еще совсем недавно представлялась оплотом такого ровного, стабильного, замечательного процесса, где каждый приезжий может найти себе место и заработать денег. О «плавильном котле» уже вообще давно перестали говорить. Это только первое поколение эмигрантов из Италии, Голландии, Германии стремилось стать хорошими американцами. А третье поколение уже ищет свои корни, восстанавливает свои национальные праздники, любит свой язык. И то, что мы видим в Америке перекинулось на Европу.

Вообще все происходящее сегодня в западном мире говорит о действии некой постмодернистской идеологии, которая приводит к таким взрывам и такому радикальному пересмотру всего до основания, как наблюдалось в России накануне Великой Октябрьской революции. И участвует во всем этом вновь интеллигенция. Нарочницкая, в частности рассказала, что по опросам общественного мнения, проведенного в Америке очень серьезным административным центром и проанализировавшим взгляды на историю и необходимость от нее отказаться у тех, кто считает себя активными либералами и просто либералами, выяснилось, что фактически большинство таких людей выступают сегодня чуть ли не за изменение названия Соединенных Штатов, за изменение флага и так далее.

О ПОПРАНИИ РЕЛИГИОЗНЫХ И НАЦИОНАЛЬНЫХ ЦЕННОСТЕЙ

  • Современное общество впало в угар тотального ниспровержения устоев. Но началось это не сейчас. Началось это тогда, когда ведущие СМИ в Европе и Америке встали на постмодернистские позиции, выступая за попрание религиозных и традиционных ценностей. Когда стали превозносить как главный критерий демократии парады сексуальных меньшинств. При том, что в любой религии это считается отклонением от нормы. Это не значит, что надо бросать в тюрьму за эти отклонения (у нас у всех есть какие-то отклонения и грехи), но нельзя провозглашать подобные явления равными и равно честными норме.

Философия постмодернизма и политический гомосексуализм (этот термин мы придумали с моим коллегой-англичанином Джоном Локлендом) – это философия тотального освобождения человека от любой системы ценностей и связей. Религиозных, национальных, государственных. Это философия человека - гражданина мира, живущего по принципу, где хорошо, там и Отечество. Для которого даже его пол, Богом данная суть, является социальным конструктом, который он сам имеет право менять или создавать. Это и есть прежде всего революционная постмодернистская идеология. Она приводит к тому, что человек становится рабом своей плоти и гордыни. Это чистый гедонизм. Христианская Европа стала в свое время великой и создала свою великую героическую литературу, когда доказала и показала миру, что такие понятия, как Вера, Отечество, Честь, Долг и Любовь выше жизни, и когда за эти великие ценности борцы отдавали свои жизни на эшафоте. Сегодня все это оказывается ей не нужно. Но ведь что останется тогда?

Позволю себе напомнить о судьбе Римской империи – о временах, когда Древний Рим вырвался вперед на целую эпоху по технологиям и социальным законам, построив государство, где были построены виадуки, которыми мы пользуемся по сей день, где был водопровод, были термы, был Колизей, была демократия.

Но древние римляне были гедонистами, они погрязли в наслаждении пороками и их буквально в одночасье завоевали варвары, которым не нужен был ни Колизей, ни виадуки, ни термы и ни демократия. И что мы видим сегодня в Европе? Опять тоже самое. И эта Европа рухнет. Она не сможет противостоять воинствующему радикальному фундаментализму, который проявляется среди мигрантов, которые уже тестируют на прочность европейскую цивилизацию.

В апреле 2019-го мы вместе с Ольгой Скабеевой ездили освещать события пожара в Нотр-Даме. Мы видели, что французы плакали, вставали на колени. А мигранты в большинстве радовались. Если бы вы знали какие в социальных сетях тогда писали посты – это совершенно ужасно! И я тогда в одном выступлении сказала, что это знак сверху для европейской цивилизации. Если она больше не хочет быть христианской, то ей уготована судьба, вот такого пожара. И сегодня мы видим, что в Нанте этот знак повторился. Но попробуйте там обвинить кого-то. Там же неполиткорректно реально смотреть на вещи.

Я помню, когда консерваторы или националисты нарисовали поросячью рожицу и наклеили на стол рядом с мечетью, то Министр иностранных дел сказал, что мы не позволим оскорблять чувства наших граждан. Когда же в Авиньоне какие-то постмодернисты поместили на выставке якобы художественные произведение – фотографию распятия, погруженную в горшок с мочой – было сказано, что это такая свобода художественного самовыражения. И когда кто-то подошел и разбил молотком это творение – его схватили и осудили. Борьба с христианской верой вышла на очень серьезный и очень закамуфлированный всякими демократическими постулатами уровень.

О СОВРЕМЕННОЙ РАССТАНОВКЕ СИЛ В ЕВРОПЕ

  • На самом деле мы видим сейчас, безусловно, кризис внутри европейских отношений. Я не склонна прогнозировать, что вот сейчас все взорвется и Евросоюз рассыпется. Конечно, нет. Все страны внутри Евросоюза очень повязаны – и экономически, и финансово. Но то, что они в кризисе – это совершенно очевидно. Каждая страна оказалась один на один с тяжелой ситуацией. И, кстати, выяснилось, что хваленая медицина на Западе, оказалась к пандемии не готова. Потому что это не медицина катастроф, эпидемий и кризисов, какой была задумана в свое время советская медицина, исходя из механизма мобилизационных возможностей. Именно поэтому у нас почти все больницы были как военные госпитали – с палатами на большое количество человек. Нам это уже очень не нравилось, хотелось более современных условий. Но в итоге мобилизационные возможности у нас оказались выше.

Этот кризис проявил вообще недовольство. Брюсселем недовольны практически все граждане Евросоюза. Потому что все изначально хотели и надеялись, что это будет инструмент мобилизации разных возможностей с тем, чтобы каждый что-то привносил и это помогало каждому, не теряя своей идентичности двигаться вперед и развивать свои национальные традиции и ценности. Теперь он превратился в какой-то тормоз, бюрократический нарост, который диктует, что делать.

Кризис везде на лицо. Посмотрите на кризис традиционных партий во Франции. Там нет ярких лидеров. В полном упадке социалисты. То есть система пытается оградить себя от любого привнесения чего-то нового. И той же Польше не выгодно то, что делает Брюссель, хотя она и русофобская. Венгрия бунтует, все-таки у них консервативные ценности, они католики. В Италии тоже самое – традиционные СМИ там обличают все новые партии. В общем складывается такое ощущение, что золотой век демократии прошел.

О РЕАКЦИИ РОССИИ НА ЛИКВИДАЦИЮ ОБРАЗОВАНИЯ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ В ЛАТВИИ

  • Поскольку Латвия, к сожалению, является частью Евросоюза, методы политического воздействия у нас в этой связи достаточно ограничены. Но они, безусловно, у российского государства существуют. И я согласна – мы не всегда применяем все, что можно было бы предпринять. Потому что ликвидация образования на русском языке в Латвии - это грубейшее нарушение прав человека. Причем такого перманентного права человека, как получение образования на языке, на котором он думает и себя идентифицирует как личность. Это насильственная переделка человека. Такого даже Гитлер не придумал. Чему и кому в итоге уподобляются латыши и эстонцы? Что они думают? По сути одного окрика из Брюсселя было бы достаточно, чтобы этого не было. Но этого окрика не следует.

Я с огромным уважением отношусь к борцам за русские школы, я хорошо знакома с Татьяной Аркадьевной Жданок, мы с ней вместе работали над многими проектами. Дай Бог ей и ее единомышленникам здоровья и сил. Мы по мере возможности будем оказывать информационную поддержку – писать на эту тему, говорить. Но и от самого нашего государства действительно будем ждать каких-то мер воздействия. Вон американцы – чуть что находят болевую точку и нажимают на нее, и не стесняются этого. Хотя речь они всегда ведут чисто о коммерческих интересах. До неприличия, как на рынке. А тут речь идет даже не о коммерческих интересах, а о правах человека, о цивилизации, о сохранении культуры. Как же Латвия себя обедняет при этом, потому что русская культура неотъемлемая часть латышской культурной традиции!

О СМЕНЕ РУКОВОДСТВА В РОССОТРУДНИЧЕСТВЕ

  • Я хорошо знаю предыдущего руководителя этой организации. И считаю, что Элеонора Валентиновна Митрофанова много сделала для того, чтобы повысить эффективность Россотрудничества. Но, согласна, что сама структура как бы оставалась прежней. Скорее всего потому, что в государствах, где было представлено Россотрудничество и в которых оно работало (а я во многих этих центрах выступала, и они не пустовали никогда), сохранился шлейф отношения к нему от советского времени, когда пропаганда внушала, что все эти структуры лишь прикрытие для какой-то деятельности. Хотя это и в те времена было не совсем так и уж точно не так в последние двадцать лет.

Что касается нового руководителя Евгения Александровича Примакова, я с ним знакома, недавно мы разговаривали. Он полон энергии и очень хочет, чтобы все хорошее продолжалось, но намерен несколько изменить концепцию деятельности. Но это тоже не может быть сделано в одночасье. Поэтому по плодам увидим их. И пожелаем им успеха.

О ПРИЧИНАХ ИЗВЕЧНОЙ НЕПРИЯЗНИ ЗАПАДА К РОССИИ

  • Эта скептическая ревность, с которой к нам всегда относилась Европа, свойственна разошедшимся членам некогда единой семьи. Я имею в виду семью апостольского христианства, потому что до раскола на католичество и православие мы были едины в христианской вере, и в толковании и так далее. Мы вместе шли по пути реализации христианской идеи в земной жизни, пусть и по-разному. У каждого из нас были свои грехи и свои достижения. И я глубоко уверена, что Западная Европа, остатки латинского христианства и возрождающаяся православная культура России только в совокупности могут придать импульс когда-то христианской Европе для того, чтобы в будущем веке, в котором будут соперничества между другими цивилизациями (а они напирают!) дать достойный отпор и выстоять.

Во Франции в этом плане с огромной надеждой смотрят на Россию. И в Германии, где на одном конгрессе ко мне подошел один человек и спросил, можно ли будет эмигрировать в Россию, если у них в школах окончательно введут понятия «Родитель 1» и «Родитель2»? Вы, говорит, единственные в христианском мире, которые не побоялись устами президента и парламента открыто заявить, что будете защищать традиционные ценности.

Мы знаем даже европейские труды 17 века, где о России рассуждали как о стране с какой-то сеньориальной монархией, даже с Турцией сравнивали. И вообще о России всегда очень мало знали. А те, кто узнавали, они в Россию влюблялись. Ну, я не наивный человек, понимаю, что пропаганда имеет огромное значение. К тому же люди сегодня мало читают, мало думают, питаются в Интернете постами людей, которые черпают свои знания из того же Интернета. Поэтому работать надо, надо рушить эти стеклянные стены непонимания и незнания друг друга.

О ПЕРЕПИСЫВАНИИ ИТОГОВ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

  • Эти пересмотры уже дошли до какого-то подлого абсурда. Вплоть до того, что СССР был тоталитарным государством и потому борьбу вел отнюдь не за жизнь народа. Но государство – это политический институт, оно всегда греховно и несовершенно. И нынешнее российское государство греховно и несовершенно. И до революции было греховно и несовершенно. Но государство постоянно меняется, а Отечество вечно. И в 41-м беда случилась с Отечеством. И в войне с Гитлером нам угрожало не просто потерять какие-то материальные достояния, а нам, как тем же полякам и прибалтам, угрожало превратиться в свинопасов и горничных без языка и культуры, нам угрожало перестать быть нациями вообще. Поэтому ярость благородная вскипела как волна.

Можно сказать, что последние двадцать лет жизни я посвятила борьбе против таких инсинуаций. И в моей первой книжке «За что и с кем мы воевали» совершенно четко было сказано, что Европе прежде всего стыдно, что она сдалась так быстро Гитлеру. Потому что она капитулировала!

ЧТО БУДЕТ С РОССИЕЙ В ПОСТПАНДЕМИЧЕСКОЙ РЕАЛЬНОСТИ

  • В сложных ситуациях, включая даже войны, всегда даются некие импульсы к возрождению, преодолению. Появляется больше энергии к единению, что наглядно проявилось во время Великой Отечественной войны, когда в одном окопе оказались те, кто был за революцию и те, кто был против… И эта ковидная реальность, хотя она еще не совсем пост-реальность, уже показывает, что Россия действительно выходит из нее достойно. Хотя очень многие люди у нас были разозлены мерами, особенно в Москве. Были, наверное, и перегибы, но выявились сразу тонкие и слабые места, все как лакмусовая бумажка показало где плохо, где хорошо.

На счет снятия санкций - не уверена. Европа сама себя уничтожает. Конечно, ей бы сейчас наладить конструктивные отношения с Россией, но вся прежняя элита привыкла говорить с нами языком санкций и обвинений, мнит себя перстом указующим. Смотришь и думаешь – христиане ли они вообще? Но уж точно не православные, потому что для нас главное обличение самих себя в своих грехах. А они мнят, что имеют право другим выдавать критерии и оценки…

Записала Наталия ЗАХАРЬЯТ.

Ссылки

Трибуна

Архив