728 x 90

ПОЧЕМУ МЫ ПЕРЕСТАЛИ ПЛАКАТЬ ВО ВРЕМЯ ПРОСМОТРА СОВРЕМЕННЫХ ФИЛЬМОВ?

img

Российский кинокритик Ирина Павлова о фильмах, предсказавших будущее и сохранивших прошлое

В канун 75-й годовщины Великой Победы в рамках проекта «Культурная линия» при содействии международного медиа-клуба «Формат А-3» состоялась онлайн-встреча с одним из самых авторитетных кинокритиков России, художественным руководителем российских программ Московского международного кинофестиваля Ириной Павловой. Видео-радио-мост «Рига – Москва» проходил в прямом эфире радио Baltkom.

Темой для дискуссии стали художественные фильмы, сюжеты которых с невероятной точностью предугадали события, произошедшие через некоторое время после их премьеры и новые российские картины о Великой Отечественной войне.

Ирина Павлова – интеллектуал и блистательный рассказчик. Кандидат искусствоведения, автор свыше 600 статей по истории и теории кино, современном кинематографе, телевидении и театре. Имеет преподавательский опыт в Калифорнийском университете в Сан-Франциско, в Санкт-Петербургском Государственном Университете, Российском государственном институте кино и телевидения. Член Международной ассоциации кинопрессы и Союза кинематографистов России. О кино она знает все. Или практически все.

Может ли кино напророчить будущее?

Ситуация, которую мы имеем сегодня, так или иначе напрашивалась, потому что в нашем мире очень долгое время разрабатывались какие-то новые биологические штаммы, все время возникали какие-то эпидемии – то вирус Эбола, то свиной грипп. Нас все время чем-то пугали, мы не боялись, с удовольствием смотрели фильмы про все это, и вот сегодня столкнулись вживую с тем, что нам рассказывали.

Почему так много в последнее время выходило пророческих фильмов-катастроф и картин с губительным развитием сценария? А почему по телевизору не стало хороших новостей? Куда исчезли рассказы о людях, которые сделали что-то хорошее? Почему мы вообще привыкли к огромному количеству трупов и разрушений на экране? Видимо, человек подсознательно ищет какого-то освобождения от своих страхов через нагнетание этих страхов. А кино и телевидение отвечают нам на наши запросы.

Я думаю, что если бы в советскую эпоху нам бы вдруг, условно говоря, показали события 11 сентября, - наверняка стационары моментально заполнились бы инфарктниками. А в 2001 году человечество смотрело это реалити-шоу ужасаясь, но не отрываясь от телевизоров и не зажмуриваясь. Все смотрели, как люди бросаются из окон и летят вниз. Смотрели и не отрывали глаз от экрана! Я помню, как я в первый раз смотрела фильм «Андрей Рублев». Там есть один ужасный момент, когда герою Никулина заливают горячее олово в рот. Я его посмотрела, потому что не знала, что мне покажут. А все остальное время, сколько раз я не пересматривала картину, я в ужасе зажмуривалась и не хотела больше это видеть. Но, вероятно, люди сильно изменились с момента премьеры «Андрея Рублева», и они теперь не просто хотят, чтобы их пугали. Им становится скучно, когда их не пугают. Люди полюбили, когда им щекочут нервы и перестали вообще включать душу и свои эмпатические качества. Мы перестали плакать во время просмотра современных фильмов. Но мы плачем, когда смотрим старое кино. А когда смотрим кино современное, мы полны любопытства к жестокостям и ужасам. Ну что ж, наше любопытство удовлетворено. Получите и распишитесь - коронавирус. Участниками этого реалити-шоу стали мы сами.

Искусство очень долгое время было настроено на волну понимания человека, на волну сочувствия, сопереживания, соучастия. А современное искусство настроено на ленивую душу. Оно настроено на то, чтобы получать результат, не включая мозги и сердце. Человек стал жить одними глазами. Потому и сегодняшний кинематограф предпочитает не углубляться в душевный мир человека. Считается, что это скучно и на экране должно быть как можно больше действия, экшена, ужаса, катастрофы. Понимаете, если бы вся зрительская аудитория, сказала хором «нет» такому кино, то, наверное, кто-то бы задумался, имеет ли смысл его снимать. Но поскольку человечество никак не выражает своего отношения к происходящему, значит, ему предлагают все больше и больше аттракционов.

О Великой Отечественной войне в зеркале кино и современных реалий

Знаете, перед эфиром я слушала новости и услышала такую фразу - «Сейчас модно иметь деда-ветерана». У меня воевали мать и отец, у меня воевали трое дядек и две тетки, у меня погиб на войне дед. Я не знаю модно их любить или нет? Я их люблю. Я за них молюсь. Я ими горжусь. И знаете, почему? Потому что в моей семье, кроме моего папы, среди фронтовиков не было профессиональных военных. Они были учителями, врачами, профессорами. Они были обыкновенными людьми, которые не планировали идти воевать. Но когда стало нужно – они встали и пошли защищать свой дом и свою семью. Пошла бы я на их месте? Да побежала бы! Я не знаю, была бы я такой мужественной как они. Но пошла бы точно. И великие советские фильмы они не рассказывали нам о том, что на войну шли, чтобы стать героем. Так думали дети. А взрослые просто шли защищать Родину. Они летали, зная, что в них стреляют, они сидели в окопах, зная, что туда падают бомбы. У них не было никаких гарантий, а иногда у них не было даже никаких шансов. И когда мне рассказывают про это в кино – я плачу. И когда мне рассказывают про баб, которые получали похоронки – я плачу. А когда в современном кино мне показывают компьютерные игры про то, как все дружно бегут, танки сами едут, а пули долго-долго летят – я не верю и не сопереживаю!

И когда мне говорят, что 9 мая надо тихо посидеть, выпить водки и поплакать в углу – я знаю, кому надо тихо поплакать в углу! Германии надо тихо поплакать в углу! Венгрии, Болгарии и Италии есть, о чем поплакать и погоревать. А нам есть чем гордиться. Потому что наши голые, босые солдаты победили в этой войне. И наши безоружные партизаны победили в этой войне. И наши врачи, которые не были готовы каждый день резать ноги, победили в этой войне. Мы победили. И все точка. И поэтому я люблю старые военные фильмы и не люблю новые.

Все эти фильмы с «новой правдой» о войне снимают люди, которые не любят Россию. А переубедить в чем-то взрослых людей невозможно. Родину либо любят, либо не любят. Американцы тем временем уже везде и всюду говорят, что это они победили фашизм. Они победили, понимаете? Они приватизировали себе нашу Победу! А мы просто погулять вышли. Потому что мы сами раздаривали эту Победу всем, кому не лень. И в кинематографе продолжаем ее сегодня раздаривать. Потому что все современные фильмы о нашей победе в войне, они все равно рассказывают про то, кто лучше стрелял, а не про то, как болела душа, как человек писал письма домой из окопа, как вкладывал в медальон фото любимой девушки.

В числе военных фильмов, которыми может гордиться современная Россия я могу назвать лишь несколько картин -- «Звезду» Николая Лебедева, «Битву за Севастополь» Сергея Мокрицкого и «Кукушку» Александра Рогожкина.

Я также не могу не назвать картину «Утомленные солнцем». Я её люблю за потрясающее мастерство. Это вообще один из лучших фильмов Михалкова. Я его впервые посмотрела в 1994-м году в Каннах, когда он номинировался на Золотую ветвь. И сейчас, когда образовались партии «За Михалкова» и «Против Михалкова», я вспоминаю тот Каннский кинофестиваль, когда выдающиеся мастера кино (французы, итальянцы, немцы, американцы) на вечеринке по случаю премьеры этого фильма бежали к Никите со всех уголков огромного зала, чтобы обнять его и сфотографироваться с ним. Они хотели поздравить его. Они все воспринимали его сквозь призму искусства, а не убеждений. И «Оскар» американская киноакадемия не просто так Михалкову выдала.

Нуждается ли сегодня мир в таких фильмах как «Иди и смотри»? Повторюсь, что нынешний зритель нуждается в щекотании нервов, а не душевных травмах. А когда этот фильм делал Элем Климов, он уже чувствовал, куда дело клонится, что оно идет либо к лакировке, либо к куколкам-стрелялкам, и делал свой фильм про то, как болит плоть. Он показал крупным планом животный человеческий ужас.

А после этого случилось 2 мая 2014 года в Одессе. Живая плоть кричала и горела. А интеллигентные симпатичные люди смотрели на это и комментировали: «Неплохо горят», «Неплохой шашлык». Люди изменились. И я не хочу думать, что они изменились навсегда.

Тем не менее День Победы у нас теперь многие пропагандируют как день скорби, потому что такова установка общества. А наше сегодняшнее общество поляризовано. И воспитывают его сейчас в основном те, кто не очень любит Россию. К сожалению, прививки, сделанной Элемом Климовым и другими большими мастерами, оказалось недостаточно.

Про скандал вокруг фильма «Зулейха открывает глаза»

Я не люблю вообще ничего скандального. Там, где скандал, я вижу реализацию каких-то своих сценариев. Не могу сказать, что я в восторге от книги Гузель Яхиной, по мотивам которой снят фильм. Как литература она меня мало впечатлила. Но когда я смотрела сериал, то испытывала уважение к людям, которые его делали. Я видела все, что было вложено в этот фильм. А туда было вложено много сердца. И то, что я не в восторге от этого сериала, скорее моя личная профессиональная проблема, чем проблема сериала. А скандал вокруг фильма – это отнюдь не по поводу сериала. Просто так называемая либеральная общественность и так называемые патриоты ругаются по поводу своих представлений о реальности. Они сцепляются на идеологической основе, которая никакого отношения к кино не имеет.

Сериал «Чернобыль». Ложь или правда?

Базовое отношение к этому сериалу у меня хорошее. Потому что я люблю кино про людей. А когда вцепляешься в кино сердцем, то промахи и просчеты в деталях проскакивают мимо глаз. Этот фильм – не клевета. Этот фильм про реальный человеческий подвиг. Это кино про женскую верность. В данном случае американцы доказали нам, что еще не разучились снимать кино о людях и душе, тогда как мы сами стремительно разучаемся это делать.

Что ждет кинофестивали после пандемии

Все фестивали, как западные, так и наши, включая Московский Международный кинофестиваль, перенесены пока на осень. И как они пройдут мы не знаем. Мы готовились к апрелю. У нас были составлены все программы и концепции. Сейчас понимаем – что-то из того, что мы успели сделать, нам удастся сохранить. Что-то придется менять, потому что картины к этому времени уже выйдут на экраны даже не кинотеатров, а компьютеров и телевизоров. Залы Дома кино где проходят российские программы ММКФ всегда был полными. Что будет сейчас – мне страшно думать об этом. Я надеюсь, что все состоится в октябре. Что люди посмелее придут, хотя и будут рассаживаться через место друг от друга…

Возможно после пандемии мы все выйдем немножко другими людьми и больше начнем думать про душу и про человека. А может быть и нет. Тут не предугадаешь.

Записала Наталия ЗАХАРЬЯТ.

Ссылки

Трибуна

Архив